А вот мой отстой



Детство у каждого свое. Кому то везет больше… кому то меньше, если уместно конечно говорить в нашем случае о везении. Для кого-то годы нашей юности - это безпроблемное и бесконечное счастье, а для кого то - вечная грусть и непроглядная тьма.

Рождение ребенка в семье – это всегда праздник, безграничная радость для родителей.
В узком кругу родственников и отмечалось данное событие…
Отец был на седьмом небе от счастья, и на полу - от градусов согревавших его тело.
Веселье было недолгим… после нескольких часов, когда спиртное в последней бутылке закончилось - все разбрелись кто куда, спешно вернувшись в свои серые монотонные будни.

На следующий день, слегка синий новоиспеченный папаша отправился в роддом, что бы навестить свою возлюбленную, и быть может увидеть своего младенца – сына.
Когда он зашел в палату... Мария, так звали жену, спала. Он положил цветы на кушетку, присел рядом… и нежно поцеловал ее. Поцелуй пробудил ее ото сна, она открыла глаза – и мило улыбнулась, была рада видеть… теперь уже папу ее ребенка. Они вели неторопливую беседу… которую нарушил стук в дверь палаты №12, доктор заглянул… и попросил выйти на пару слов мужа – Андрея. В коридоре, доктор тяжело вздохнув, попросил его присесть. В сердце отца промелькнуло чувство тревоги : «Ну, говорите, я слушаю… что то случилось?» В ответ он услышал непонятные фразы о дефектах зрения ребенка, о какой то якобы – Скотоме. Он взволнованно попросил объяснить проще… что же это значит, и док вновь повторившись об абсолютной Скотоме сказал что его ребенок не сможет видеть. И радость, которая переполняла его еще пару минут назад – пропала бесследно… потерялся дар речи, это был шок. Просидев около часа… вернувшись в этот мир, он пошел в палату к жене, и сразу в лоб сказал ей обо всем : «наш ребенок не сможет увидеть нас, не сможет лицезреть этот мир». Мария онемела… по ее щеке покатилась слеза. Дрожь по телу… чувство отчаяния и в то же время сардоническая ярость, не то на себя, не то на богов, она шепотом начала повторять: «Почему? За что?...»… стала кричать… отец вышел, не закрыв за собой дверь. Захлебываясь она уткнулась в подушку… с желанием забыть обо всем, и обо всех.

Через месяц, молодая мама нежелая мучиться со своим чадом, отдала, если можно так выразиться, его в приют… А сама зажила раздольной, развратной жизнью. Андрея она не видела с тех самых пор, когда он ничего не сказав - покинул палату роддома…

Спустя 10 лет…

В приюте, тогда, мальчику дали имя - Владимир, хотя владеть миром, этому мальчугану навряд ли когда-либо представится возможным.
Потом его оформили в интернат для слабовидящих. Трудно описать то, что он чувствовал, слыша голоса сверстников, которые в основном, хоть и слабо – но что-то видели.
Володька, так называли его работники данного учреждения, никогда не видел своих родителей, ни когда не видел всего спектра цветов нашего мира, оттого к нему педагоги и относились более трепетно, чем к остальным.
Каждый его новый день - был скучный, серый, ничего нового в себе не несущий, точно такой же – как и вчерашний.
Он не понимал почему и за что его бросили родители. Ведь Вова - никогда не знал что такое любовь, он не был ею окружен, как был ей окружен - ты.
Дни летели, а вокруг – лишь стены, которые он так и не видел, и не знает даже, как они выглядят.
Его жизнь тает… в рамках забора, окружающего интернат. А за забором – свобода, вкус которой ему так и не удастся ощутить, ведь он ощущает лишь свою беспомощность.
Зависимость. И от этого ему не хочется жить, он не видит смысла в подобной жизни… как и невидит абсолютно ничего вокруг.


P.S.:И как банально бы это не звучало… извечь из всего этого можно следующее…
Нужно радоваться тому, что мы имеем, и дорожить этим.
Брать от жизни все что хотим, все что можем.
Ведь нам повезло чуть больше… чем этому бедному и несчастному мальчику.